Легендарный театральный фестиваль в авиньоне, в прошлом году открывший свой символический занавес (его, как известно, нет), празднует в этом году пятидесятый сезон. Любимое и бесценное дитя реформатора и энтузиаста театра режиссера жана вилара, родившееся на юге франции летом 1947 года, как всегда, собирает за средневековыми стенами толпы зрителей, туристов и актеров со всех концов света. В эти дни жизнь города подчинена только фестивалю, и точка ее кипения находится где-то за пределами человеческих возможностей. Если вы приедете в авиньон осенью, вы попадете в совершенно другой мир - тихий и загадочный ритм паутины узких улиц и старинных домов со статуями мадонны на фасадах.

Конечно, все меняется в этой жизни, и дух первых фестивалей, который помнят и бережно хранят в сердце очевидцы, неизбежно переходит в другое качество. Нынешний директор авиньонского фестиваля бернар февр д'арсье, сосредоточенный и неутомимый француз, старается по возможности сохранить атмосферу прежних лет. Хотя меняется она не столько за счет превращения авиньона в притягательный объект туризма, но, безусловно, за счет неотвратимого и принципиального изменения современного театра, его целей и особенностей, определяющих в первую очередь образ жизни фестиваля.

Рассуждая в 40 - 50-е годы о проблемах театра, жан вилар вывел несколько формул, которые стали не только основополагающими принципами его работы в тнп (theatre national populaire), но и определили все подводные камни, ожидающие современный театр на его пути, и те тайны, благодаря которым он сумеет покорить публику. "Театр - когда он перестает быть живым или теряет способность обнаруживать и передавать общую тревогу, объединяющее начало жизни и страдания - находит соперников везде и во всем... Театр найдет себе первое место в сердце человека, если перестанет быть предметом не первой необходимости ... Если залогом его удачи станет соединение неба, звездной ночи и камня, если он проникнется сам и сумеет заразить поэтов героизмом и любовью, подлинными страстями, без снисхождения, в образах резких и жестоких, передающих суть нашего существования на этой земле". Благородный пафос вилара и его труппы многие годы вызывал сильнейший энтузиазм зрителей, бредивших сидом и принцем гамбургским жерара филипа, дон жуаном и томасом мором жана вилара, марией тюдор и леди макбет марии казарес, сганарелем и фигаро даниэля сорано.

Средневековые камни папского дворца, в парадном дворе которого традиционно идут основные спектакли фестиваля, впитали энергию пятидесяти сезонов авиньона. Постановки, основной эффект которых - это выразительная светопись на фоне древней каменной кладки и великолепная акустика амфитеатра, согласно негласным правилам не отменяются и не прерываются даже в дождь. Случается, больными актеры выходят на подмостки - с загипсованными переломами и на обезболивающих уколах, - чтобы не обмануть ожидания публики. Все те же звезды и полная луна смотрят на оживленную толпу, вливающуюся в арку парадного двора. Только в афише нынче не героические и романтические драмы, а "натан мудрый" ж.Лессинга в постановке дэниса марло, очень актуальный для современной франции времен укрепления позиций социалистов в правительстве, но весьма тяжеловесный спектакль. А еще - лирическая поэма "образ орфея" любимца авиньона оливера пая и "дедал" филиппа жанти, мастера метаморфоз и иллюзий, заполняющего сцену ожившими фантомами.

Наибольшей любовью авиньонской публики пользовались хореограф анжолен прельжокаж ("пейзаж после битвы") и режиссер жозеф надж ("войцек"). Чтобы посмотреть последний, зрители штурмовали церковь, где игралась эта пластическая драма, с избытком фантазии воссоздающая в странном окружении обшарпанных предметов тусклый мир "маленького человека". Танцовщики труппы прельжокажа (в россии известны его версии спектаклей дягилевских "русских сезонов") покорили прежде всего самоотверженностью. На долю "пейзажа после битвы" выпали первые авиньонские грозы и ливни, последствия которых вытирали, приостанавливая спектакль, шедший во дворе лицея "сан-жозеф". С неравноценностью эпизодов спектакля примиряло временами обезоруживающее мастерство: полифония движений танцовщиков, с одинаковой легкостью манипулирующих летающими в воздухе стульями и телами партнеров, насыщенная эротизмом до такой степени, что не откликнуться невозможно.

Прелесть авиньонского времяпрепровождения состоит в его полной свободе и концентрированности событий, которые каждый выбирает для себя самостоятельно. Хочешь - гуляешь по улицам, тормозя то у одной, то у другой группы уличных исполнителей - мимов, акробатов, певцов, музыкантов. Изучаешь бесконечные приглашения самых разных трупп, приезжающих на лето в авиньон для выступлений в "off"-программе, хочешь - ходишь, не хочешь - не смотришь. Авиньон примечателен тем, что спектакли фестиваля идут на необычных сценических площадках - от знаменитого парадного двора до муниципального театра, от церквей и садов до загородного шапито и специально оборудованного помещения на ткацкой фабрике. Ночная жизнь фестиваля так же интенсивна, как и дневная, поэтому в авиньоне самое трудное - выспаться.

Особым событием нынешнего фестиваля можно без ложной скромности считать "русский сезон", представленный спектаклями "плач иеремии" и "амфитрион" "школы драматического искусства" анатолия васильева, "приключение", "волки и овцы", "месяц в деревне", "двенадцатая ночь" "мастерской петра фоменко", "к.И. Из "преступления" камы гинкаса, "нумер в гостинице города nn" валерия фокина и "песня о волге" резо габриадзе. Пять русских театров поддерживают на этом юбилейном фестивале традицию национальных сезонов авиньона, в былые годы представленную японским и индийским сезонами.

К сожалению, больное сердце не позволило петру фоменко приехать со своими учениками, а тяжелейший инфаркт уложил в реанимацию каму гинкаса прямо накануне поездки. Но даже эти печальные события не затенили очевидной истины: уровень русских трупп чрезвычайно высок и практически каждый из спектаклей - событие фестивальной жизни. Возвышенно и даже священнодейственно прошел в церкви селестинцев "плач иеремии", начинавшийся в полночь. Церковные своды идеально соответствовали акустическим задачам зрелища, а готическая архитектура придала действию антураж ритуала. "К.И.", Представленная в отгороженном зале ткацкой фабрики, принималась публикой потрясенно. Оксана мысина играла историю катерины ивановны мармеладовой на французско-русском, преодолевая взаимное непонимание.

Красиво, взволнованно и очень лирично играли "фоменки" цветаевское "приключение". В гулкой акустике действующей церкви лицея "сен-жозеф" зрелище было совсем завораживающим.

На долю многочисленных гостей фестиваля выпал и праздничный фейерверк 14 июля, когда весь город высыпал на набережную. Французы, правда, относятся к салюту весьма скептически, зато туристы радуются как дети.

Сами французы уже который год сходят с ума от представлений театра "зингаро" демонического человека по имени бартабас. Это "танцы с лошадьми", спектакли, соединяющие мистицизм, хореографию, акробатику и виртуозную выездку. В этом году представление "эклипс" использовало корейский эпос, раньше были индийские и античные программы. Черно-белый песок манежа, черно-белые веера наездников и шелковые крылья ангелов, темнокожие и белые артисты и лошади мастей такой красоты, что захватывало дух... Бартабас начал свою карьеру в "off"-программе, а теперь бернар февр д'арсье по праву гордится его постановками, финансируемыми фестивалем.

Авиньон, где "отсутствие споров такое же редкое явление, как отсутствие солнца", гостеприимно принимает всех. Конечно, в фестивальной суете и обилии событий кто-то может растеряться, кто-то устанет от шума, а кто-то - от спартанских условий жизни. Хотя можно получать удовольствие от всего - от улиц, толпы, театров, солнца. Недалеко от авиньона, в арле, творил ван гог, в марселе (час езды) готовят изумительный рыбный суп "буйабес". Но в авиньон возвращаешься как домой.

Наталия колесова.

Авиньон - москва.